Мертвая петля. История любви Геннадия Шпаликова и Инны Гулая

Они обещали друг другу «Долгую счастливую жизнь», но все кончилось полной катастрофой

Шестидесятые. Оттепель. По стране триумфально шагает фильм по сценарию Геннадия Шпаликова «Я шагаю по Москве», все распевают песню на его стихи «А я иду, шагаю по Москве». Шпаликов только-только окончил ВГИК и уже звезда: он самый лучший, самый веселый, в него влюблены все девушки. У Шпаликова на плече гитара, в авоське — бутылка шампанского. Он сияет, его жизнь — праздник.

Первая жена

Шпаликов знает, что талантлив. Он даже догадывается, что гениален. Ничто не может повлиять на его фантастическую работоспособность. Геннадий может полночи пьянствовать, а потом сесть за письменный стол и выдать недельную норму строк. Ему все завидуют, и кажется, так будет всегда. Он рожден для радости, для успеха, как сказала Белла Ахмадулина: «рожден, чтобы сиять».

Шпаликов уже был женат и развелся. Наталья Рязанцева была его студенческой любовью. Влюбленность была сильной с обеих сторон, но быстро прошла, прошла без следа, как простуда. Шпаликов всю свою недолгую жизнь вел дневник, и про развод записал в него вот что:

Мы ничего не сделали, чтобы жить вместе, держась друг друга.

«Так не получается, не выходит почти ни у кого… и, может быть, следует на это плюнуть, потому что жизнь опровергает все самые лучшие душевные союзы, а ещё чаще они сами распадаются…»

Инна

Потом он женился еще раз — на невероятной красавице Инне Гулая. Она была не просто красивой, она как будто светилась добротой и нежностью. Она была, как ее героиня Наташа в фильме «Когда деревья были большими» — читая, строгая, ясная.

Начиналось все просто прекрасно: союз талантливых, свободных и молодых людей. В них как будто воплотились счастливые шестидесятые, и весь мир лежал у их ног. Потом оттепель стала сбавлять обороты, и Шпаликов на себе узнал все прелести цензуры. Фильм «Застава Ильича», снятый по его сценарию, был изрезан, причем нещадно вырезались самые лучшие места.

Сам Хрущев раскритиковал этот фильм — Шпаликов сидел на собрании, слушал и не мог перестать улыбаться: у них с Инной родилась дочка Даша!

Но в стране оставалось все меньше пространства для творчества. И от этого Шпаликову становилось все тяжелее жить. Он давно привык снимать стрессы алкоголем, хотя после женитьбы на Инне заметно «притормозил». А тут начал снова прикладываться к бутылке, чем дальше, тем больше. С работой перестало ладиться, началась череда неудач. Хотя как — неудач? Писал он все так же, талантливо, красиво, ярко. Но ему не везло.

Долгая счастливая жизнь

В 1966 году он снял фильм «Долгая счастливая жизнь» с Инной в главной роли — это единственная работа Шпаликова, как режиссера. Картина взяла главный приз на международном фестивале авторского кино в Бергамо, а в СССР ее не заметили. По прекраснейшему сценарию Шпаликова в Белоруссии сняли фильм «Родом из детства» — критики до сих пор считают, что это самая выдающаяся работа белорусского кинематографа. Потом за целых два года по его сценариям сняли только два мультфильма: «Жил-был Козявин» и «Стеклянная гармоника».

Семья жила на зарплату Инны, которую она получала в Театре-студии киноактера. Геннадий пил все больше, жить с ним стало невозможно, и Инна ушла.

«Жена от него ушла, мать его тоже не пускала, он болтался по друзьям, средств к существованию не было, и самое больное место — он писал, но писал не то, что хотел», — вспоминал друг Шпаликова Петр Тодоровский.

Не грустите

Инна и Шпаликов пытались иногда поговорить, но разговоры выливались в многочасовое выяснение отношений, выматывающее обоих. Становилось все хуже и тяжелее. Долгая счастливая жизнь, которую обещала им судьба, оказалась миражом. Талантливые и красивые, счастья они так и не дождались. Геннадию было 37 лет, когда он повесился в Доме творчества в Переделкине на своем шарфе. Рядом с ним нашли записку:

«Вовсе это не малодушие, — не могу я с вами больше жить. Не грустите. Устал я от вас. Даша, помни. Шпаликов».

Инна прожила 49 лет, от смерти мужа она так и не оправилась. После этого потрясения она долго лечилась… ничего не помогало. Умерла она, приняв смертельную дозу лекарства.

От этой любви осталась дочка Даша, замечательный фильм и прекрасные стихи, особенно вот эти, самые любимые, которые строго запрещают путешествия обратно, в прошлое — даже если пепелище выглядит вполне.

Читайте также: Наталья Бондарчук и Андрей Тарковский: любовь после «Соляриса».

Две любви и одна жена Владимира Набокова.

Интересно…
Хочу знать все, что происходит в жизни звезд.

Отправить

Я соглашаюсь с правилами сайта

Спасибо!
Мы отправили на ваш email письмо с подтверждением.

Источник

Добавить комментарий